Битва за Армянскую продолжается. Только что получил сюжет с Ютубе и немедленно предлагаю вам. Персоналии ролика, как на подбор, мои давние оппоненты по сетевым спорам, но у нас сейчас перемирие - не до мелких политических глупостей, когда хотят искалечить знаменитый архитектурный ансамбль.

Кстати, обратите внимание на депутата горсовета, рассказывающего, как Опера в свое время возмущала львовян. Во-первых, лжет, во-вторых, скажем прямо, мало похож на балетомана. Мягко говоря.

 



Товарищ ко мне на днях заходит:

- Вот принес тебе газету, там большой очерк о Григории Островском, наверное, тебе интересно будет. - И протягивает нашу львовскую газету “Шофар”, которую издает львовский “Хесед-Арье”.

Глянул одним глазом на статью Д.Перельмана, говорю:

- Нет, ты знаешь - неинтересно. Это очерк с моего сайта и без ссылки на меня. Даже если Дод сам им прислал его, то все равно это не не тот текст, который он мне присылал, потому что над тем я промудохался несколько часов с редактированием и теперь узнаю брата Колю. Я бы его ночью спросонья узнал.

Отложил в сторону и забыл, а на следующий день, то есть вчера получаю письмо от члена редколлегии этой газеты с материалом про Херша. За материал поблагодарил и разместил у себя, не забыв упомянуть должность автора, но заодно и поинтересовался, откуда дровишки про Гришу Островского. Пока молчат. Ладно, мы поняли.

Вопрос же не в этом. Одно дело делаем. Текст не мой, а всего лишь опубликованный мной в Сети. В общем, проехали…

Не упоминал бы этого мелкого эпизода, но есть некая тенденция, явление, проблема - как хотите. Вышел сегодня Родзинский на Заходе. Текст Андрия, но с моим редактированием, существенными добавками и двумя подписями. А следующий текст будет про Марселину Сембрих и, скорее всего, без моих добавок. То есть блог “Манкурты” выступает здесь скорее в роли редакции.

В чем-то похожая ситуация с уважаемым Anso. Пишет интересно, хотя и не всегда на профильные для блога темы. Спасибо! Откровенно говоря, предпочел бы такие тексты получать в почтовый ящик, а не напрямую в каменты. В любом случае я их правлю - либо сильно, либо минимально - в соответствии с собственными представлениями о том, как должен выглядеть текст. Кстати, большинство авторов так и поступают.

Сегодня получаю письмо с информацией, что одна львовянка исследует биографию нашего земляка - выдающегося довоенного врача. И не возражает против публикации ее текста в Сети, но юбилей земляка только в сентябре, тогда и в нашем мединституте будут его отмечать, можно ли на сентябрь? Конечно, можно, и имя свое к чужой работе лепить не буду, разумеется. Пропаганда Львова, нет, не пропаганда, это нынче ругательное слово - реклама Львова и львовян - дело ведь благородное!

Кстати, и еще об одном львовском враче текст обещан - от другого энтузиаста. О’кей!

На самом деле в этом и заключается настоящее предназначение хорошего блога. Каковым наш, надеюсь, является. )



Очередной хороший текст от уважаемого Ансо. Не о Львове. Об Украине.

Автор - Anso

Когда-то один из моих родственников жил и работал в Харькове. Мы дружили, он звал меня в гости, а я его - в Москву. Ходит удобный и чистый фирменный поезд № 20. “Харьков - Москва”, он отправляется вечером, а приходит в пункт назначения утром. Ночь поспал в вагоне, утром можно по делам. Заметил я, что попутчиками мне из Харькова в Москву попадаются часто молодые девушки. Не сказал бы, что все красавицы, но одна отличительная черта была, все молодые и уж очень много. Порой несколько купе девчат. Впечатление такое, что ткацкая фабрика куда-то выезжает погулять. Настроение у девчат весёлое, едут, шутят, смеются. Возраст у меня ещё не тот, когда говорят что всё умерло, ехать долго, попытался перекинуться парой-другой фраз. Ответом были взгляды, причём такие, что и матом не наградишь. Вот думаю, мастера “послать” лицом, и где этому учат? Особо не расстроился, расстелился на полке и лёг спать.

Несколько позже приехал ко мне родственник из Харькова, он свою благоверную жену отправил на отдых, моя тоже была в отъезде. Нам никто не мешал. Решили мы погулять, зачем время зря тратить. Сообразили стол, показалось мало, да и размяться захотелось, ноги затекли от разговоров. Пошли мы с ним погулять по ночной Москве и заскочить в ресторанчик. Там у нас от горячительного кровь заиграла, почувствовали себя молодыми и захотелось гульнуть, вспомнить молодость. Но где, в Сауну, зашли в одну, там по записи. Ходили, бродили, решили взять девчат на улице. Поехали на машине по Садовому кольцу. У Проспекта Мира увидели зазывающую “мамку”, подъехали, договорились. У нас деньги, у них девчата, по рассказам - одни модели.

“Мамка” показала, в какой переулок свернуть. Мы собрались с духом и нырнули на машине в чёрный переулок как в тёмный омут. Перед нами впереди выросла огромная толпа людей, человек сорок. Здесь вовсю кипела жизнь, играла музыка, шипели пиво и минералка. Нам явно были рады. К машине подскочила другая “мамка”, уточнила для чего мы здесь и наши предпочтения. Последним она сильно нас сконфузила. С её губ слетали способы, варианты и позы, как шелуха от семечек. От обилия вариантов, мы поняли, что в этом вопросе не знаем почти ничего. Зато на наш возраст сделали нам скидку. Когда перед машиной в свете фар для нас построили этих уличных моделей, нам захотелось домой. Каких только мы не увидели здесь девчат, всяких, только не было на костылях и действительно симпатичных. Очень трудное это было занятие - выбрать из всего предложенного изобилия кого-нибудь посимпатичнее. В этот момент, в моей голове промелькнула мысль, что что-то подобное, я уже где-то видел.

Заплатив “мамке” и выбрав себе “счастье” на вечер, мы поехали гулять. Сначала заехали в ресторан, посидели, покушали, выпили и познакомились. Оказалось, что почти все девчата с этой “Точки” из Украины. Наши подружки оказались из Харькова, и здесь я вспомнил почему я ощутил чувство, что что-то знакомое. Девушки жили и работали в Харькове, у каждой были дети, без мужей, зарплата - не размечтаешься, а детям дай подарки. Да и себя хочется чем-то побаловать. Вот и садятся наши знакомые регулярно раз в неделю в фирменный поезд и приезжают в Москву на короткий заработок, привозя домой 200-300 баксов. По их словам, таких в этом поезде если не половина, то треть. Утром, мы расстались, подвезя девушек к вокзалу. Расставаясь, обменялись телефонами, хотя думается, что каждый понимал, что на разных дорожках стоим. Когда-то такие поезда называли “колбасой”, потому что везли из Стольной колбасные деликатесы. В Москве, в это время была Программа, по которой был построен большой универмаг Московский у трёх вокзалов.

Интересно, а какая сейчас в Москве программа?



ЇХ ВАРТО ПАМ’ЯТАТИ. Артур Родзінський

Артур Родзінський - один із великих диригентів ХХ сторіччя. У 2007-му російський музичний критик написав: “Ніхто не зробив так багато для розвитку російської опери за кордоном, як легендарний Артур Родзінський”.

Він виріс і почав музичну й диригентську кар’єру у Львівській опері.

21 березня 1943 року на початок роботи Родзінського головним диригентом і музичним директором Нью-Йоркського філармонічного оркестру, який нещодавно відзначив своє сторіччя, “Тайм” описав його біографію.

Не прошло и семидесяти лет и, благодаря усилиям ув. Andrij, биографию Родзинского описали на родине, во Львове, на сайте Zaxid.net.

Гип-гип, ура, ура, ура!

Следующей подачей, скорее всего, пойдет Марселина Сембрих, хотя я еще подло не отправил текста на Захид из-за врожденной склонности волынить и волокитить.



Получил вчера письмо от земляка Б.Дорфмана с недлинной биографической справкой по Хершу Лаутерпахту. Фамилия этого выдающеголся юриста давно имеется в нашем списке известных львовян, а вот ссылки не было. Всегда приятно давать линк на собственную страницу, отныне такая будет. Спасибо уважаемому Борису.

 

Автор - Борис Дорфман, член редколлегии газеты “Шофар”

 

Сэр Лаутерпахт Херш, (Sir Hersch Lauterpacht) английский юрист и ученый, специалист по международному праву.

Родился в 1897 в Жовкве, (Львовская область) - скончался в 1960 в Лондоне.

Учился в университетах Львова, Вены и Лондона. В 1927-38 гг. - лектор в Лондонской школе экономики и Лондонском университете, в 1938-55 гг. - профессор международного права в Кембриджском университете. Неоднократно приглашался как лектор в Гаагскую академию международного права. В 1946-47 гг. Лаутерпахт был членом Британской комиссии по делам военных преступников и внес важный вклад в разработку законодательства в области военных преступлений и в формулировку устава Нюрнбергского международного суда над главными нацистскими военными преступниками. В 1951-58 гг. Лаутерпахт - член комитета ООН по международному праву, в 1955-60 гг. - член Международного суда ООН в Гааге. В 1944-55 гг. - редактор Британского ежегодника международного права. Один из крупнейших специалистов по международному праву в 20 в., Лаутерпахт во многом способствовал росту авторитета его норм. В работах “Источники международного частного права” (1927) и “Функции права в международном сообществе” (1933) он впервые выдвинул тезис о недопустимости противопоставлять “интересы” “правам” в отношениях между государствами. Основная идея Лаутерпахта - превращение норм международного права в основу отношений между странами и соблюдение государствами тех же принципов законности и морали, которые обязательны для отдельных личностей (в работе “Признание в международном праве”, 1947, он, в частности, утверждал, что признание одного государства другим должно быть правовым установлением, а не политическим актом). Приняв участие в десяти заседаниях Международного суда ООН, Лаутерпахт в восьми случаях не согласился с его решениями, считая престиж закона и его совершенствование важнее формального единогласия. Лаутерпахт является также одним из авторов концепции прав человека как нормы международного права (”Международный билль прав человека”, 1945; “Международное право и права человека”, 1950; “Развитие международного права Международным судом ООН”, 1958, и другие); ему принадлежит важная инициатива внесения в Устав ООН пункта о соблюдении прав человека как одной из целей этой организации. В 1956 г. за заслуги в разработке и внедрении норм международного права Лаутерпахт был возведен в рыцарское достоинство.

Всю жизнь Лаутерпахт оставался верен своему еврейству и был убежденным сионистом. В юности он участвовал в организации еврейской самообороны в Галиции, после Первой мировой войны был первым президентом Всемирного союза еврейских студентов. Незадолго до смерти Лаутерпахт несколько месяцев гостил в Израиле.

Еще один у нас малоизвестный ученый и общественный деятель, который жил и учился во Львове.



Освободился к половине одиннадцатого, смотрю - сигареты кончаются. А на улице дождь зарядил, как назло. Ладно, вышел, бреду к киоску на углу Пушкина-Крылова. Дождь льет, тьма кромешная, свечу себе мобилкой под ноги. Дошел. В киоске три женщины работает по сменам, имен не знаю. Одна полная брюнетка в детородном возрасте, галичанка и с лицом галичанки - разговариваю с ней, разумеется, по-украински. Другая женщина постарше, цвет волос уже не разберешь, лицо русское и говорю с ней по-русски всегда. У третьей лицо польки. Возраст пенсионный, пожалуй. С ней тоже по-украински. Сегодня была “полька”.

- Вінстон ван є? Дайте мені блок, будь ласка і добрий вам вечір.

- Добрий! Слухайте, я вам дам блок і ще три запальнички до нього. Хороші. Дати? Тільки мені треба буде кожну пачку відкрити, щоби ті папірці зсередини забрати.

- Ну, якщо хороші, то ясно, що давайте! Блок скільки - 63?

- 63.

- Добре.

Она начинает распаковывать блок, обрывать ленточки и доставать серебряные бумажки, приговаривая:

- Ой, вы же наверное и кулька никакого не имеете…. Та я вам знайду якійсь…. А запальнички добрі, зараз покажу…

Демонстрирует мне три зажигалки в работе и начинает выкладывать их рядышком, бормоча:

- Ой, тож треба підібрати, щоби букви різні були…

Смеюсь:

- Да мне все равно, пускай одинаковые будут.

- Да? Тогда держите уже, а сигареты сейчас буду по одной пачке давать.

К киоску, сутулясь под дождем, подходят две девчонки с личиками галичанок лет на 16-17 как раз в момент, когда я прикидываю на руке общий вес трех зажигалок - граммов 400. Нифигасе. Сую их в карман джинсов и забрасываю в выданный кулек (желтенький, который “на 12 кг” и несколько лет стоил 25 коп., а сейчас не знаю) первую пачку сигарет. Потом вторую, жду третью, поворачиваюсь к девчонкам:

- Вибачте, дівчата….

- Та нічого, нічого! А що - на Вінстон якась акція?

- Так. За блок три запальнички дають.

- А які?

Лезу левой рукой в карман, извлекаю зажигалку, даю ей. Металлическая, турбо, с острыми углами и тяжеленная - карманы рвать. Она щелкает:

- Та вона ж не працює!

Проверяю я. Работает:

- Мені все одно, якщо чесно. Я таких не люблю і навряд чи буду користуватися.

- То подаруйте!

- Тримайте.

Она просто расцвела:

- Дякую вам. Дуже дякую!

- Та нема за що!

Киоскерше говорю:

- Спасибо вам.

- И вам спасибо. Приходите!

В обратную дорогу пустился по более освещенной улце Пушкина. Чего зря аккумулятор сажать? А киоскерша точно полька. Поляки вообще хорошо разговаривают и по-украински, и по-русски. Да и лицо характерное.